МОЖЕТ ЛИ МАШИНА ОБЛАДАТЬ МИРОВОЗЗРЕНИЕМ?
   На мой взгляд, архитектура - это не только искусство, а одно из наиболее сложных и наименее понимаемых искусств. Корбюзье в свое время говорил, что архитектура - это не профессия, это - мировоззрение. Уместно поставить вопрос, может ли машина обладать мировоззрением. Думаю, что нет. И я не думаю, что машины могут создавать архитектуру, хотя совсем не хочу умалять их возможности. Но все же чисто машинная архитектура - это либо нелепость, либо невежество.
    Мне представляется, что искусство - это рождение интуитивного образа, отвечающего поставленной цели. Интеллект схватывает мелькнувший образ, рука обладает способностью записать его в эскизе, и уже потом этот эскиз подвергается критике и обсуждению. Так вот создание этого образа - это наиболее трудная и длительная часть творческого проектирования.
   Но в то же время искусство с формальной точки зрения - это завуалированная алгебра. Будет ли поэт писать стихи или композитор сочинять музыку, они всегда будут считать. И мы знаем, что Бетховен был не только непревзойденным гением музы, но и выдающимся математиком. С точки зрения формы математика играет большую роль во всех видах творчества. Таким образом, вычислительные машины в архитектуре нужны, и задача современного архитектора - как можно скорее перейти к проектированию в содружестве с машиной.
   Другое дело - как им распределить обязанности. Человек-творец должен уметь поставить задачу, сформулировать цель. Архитектор всегда хочет найти такое решение, которое наиболее соответствует его индивидуальности.
   С другой стороны, есть программная цель - это необходимость. Мы, архитекторы, знаем, насколько трудно удовлетворить требованиям программы и сохранить свою собственную индивидуальность, выразить свое мировоззрение, спроецировать свою личность на окружающий мир.
   Во взаимодействии человека с машиной человеку присуще главное - способность ставить цель, которая потенциально содержит идею, и так ее сформулировать, чтобы из нее вытекали все принципы и правила, которыми нужно руководствоваться на всем пути создания творческого произведения. На долю машин же остается вся техника исполнения и обязанность высококвалифицированного консультанта-советника. Из пятнадцати вариантов машина может предложить архитектору два лучших. И право архитектора или творца, и я никому бы не советовал уступать это право машине,- согласиться с ее рекомендацией или, может быть, принять с точки зрения машины худший вариант, но все же осуществить свою миссию творца.
Радикальные перемены, естественно, по-разному воспринимаются инженерами, математиками, экономистами, архитекторами, участвующими в градостроительстве двадцатого века. Да и трудно было бы ожидать, чтобы их точки зрения от начала и до конца совпадали. Впереди еще много споров, ведущих к взаимопониманию, много работы, ведущей к созданию совершенной архитектуры будущего.

Следующая страница >>